16 ноября, 20:36
Читайте NV в Google
NV пообщалось с военным о первой в Украине эвакуации раненого с помощью дрона (Фото: 92-я ОШБр)
Автор: Анастасия Кондрат
В октябре Силы обороны провели первую в Украине операцию по эвакуации раненого бойца с помощью дрона. Константин Власенко провел на позиции 491 день. NV пообщалось с командиром отделения и программистом роты беспилотных наземных систем 92-й ОШБр с позывным Напалм, который непосредственно участвовал в подготовке дрона.
Пехотинец 30-й ОМБр Константин Власенко провел на позиции 491 день. Там он получил ранение и самостоятельно ампутировал себе ноги.
Из-за высокой активности вражеских дронов и заминированной местности эвакуировать его с помощью уже традиционных НРК было невозможно.
Реклама
Тогда специалисты роты беспилотных наземных систем 92-й отдельной штурмовой бригады решили впервые провести эвакуацию военнослужащего с помощью воздушного дрона. Для этого использовали тяжелый гексакоптер украинского производителя Gurzuf Defence, который компания предоставила бесплатно.
Среди тех, кто непосредственно курировал операцию, был Напалм. NV побеседовал с военным о ходе эвакуации.
— Помните момент, когда впервые подумали, что Константина можно эвакуировать по воздуху?
— Не назову конкретного момента, когда меня вдруг осенило, ведь эта мысль не возникла на пустом месте. Мы с командиром много раз обсуждали необходимость создания дрона, способного работать на достаточной глубине и поднимать значительный вес. Командир был уверен, что это возможно. О самой операции я узнал просто: увидел, что вокруг дрона началось движение, спросил, что происходит, и мне ответили: «Будем эвакуировать». Ребята уже готовились.
— Что именно тогда происходило и почему вы вообще начали рассматривать нестандартный вариант?
— Это не эксперимент ради эксперимента. Была конкретная цель: получить средство, которое позволит добраться на нужную глубину с необходимым грузом. Тогда мы увидели, что компания Gurzuf Defence анонсировала дрон, способный транспортировать нужный вес на соответствующее расстояние — на тот момент речь шла, кажется, о 120 килограммах. Мы поехали к ним, пообщались; они показали дрон и рассказали, что у них еще есть проблемы, а мы подсказали, как их можно потенциально решить. Производитель утверждал, что использовать аппарат для этой задачи не получится, но мы рассчитывали, что все выйдет. По сути, принцип позаимствован из практики воздушной эвакуации в экстремальных условиях, например в горах: стропа, закрепленный человек — и его транспортируют. Только здесь вместо вертолета используется дрон с пропеллерами. И главное: человека нужно спасти, а других способов нет.
Реклама: Читайте также: «Спасти рядового Власенко». Как проходила первая в Украине эвакуация раненого военного с помощью дрона
Фото: 92-я ОШБр
— Какие варианты спасения уже рассматривали? Когда стало понятно, что они не сработают?
— У меня был немалый опыт работы с наземными роботами. Тяжелораненому человеку забраться на платформу высотой полметра или больше практически нереально. Однажды изможденный боец не смог затащить побратима даже на низкую платформу — высотой около 50 сантиметров. Кроме того, местоположение раненого не позволяло добраться до него привычным для нас способом — с помощью НРК. Мешали особенности ландшафта и высокая плотность вражеских дронов.
— Как менялось ваше представление об операции в процессе подготовки? Отличался ли итоговый замысел от первоначального?
— Рабочие решения не появляются так, будто кто-то проснулся гением и сказал: «Делаем так — и всё будет хорошо». Сначала мы действовали неудачно, видели, что не работает, придумывали что-то другое, и постепенно находили то, что действительно работает. На разработку технического решения у нас ушло не менее полугода: идея, тестирование, исправление ошибок, а затем еще до месяца — на установку оборудования на дрон. Операцию планировала бригада, в чьей полосе ответственности всё происходило, а производитель сам прописал параметры миссии, высоты, а также точки взлета и посадки. За три-четыре дня до миссии состоялся тренировочный полет, а за сутки и за час до самого вылета мы еще раз всё обсудили. Теперь мы понимаем, что это было стратегическое решение, которое мы бы повторили.
— Был ли у вас непосредственный контакт с Константином во время подготовки? Как происходило общение с учетом его травм?
Реклама:
— Лично я с Константином не контактировал. Но 30-я бригада, бойцом которой он является, постоянно поддерживала с ним связь. Насколько мне известно, ему передали видеоинструкцию о том, как закрепиться на дроне, чтобы не тратить на это время непосредственно во время операции. При подготовке учитывалось состояние его здоровья, чтобы он мог с удобством выполнить все действия, закрепиться и вылететь оттуда.
Фото: 92-я ОШБр
— Какова была ваша первая реакция, когда вы узнали, что его удалось доставить в более безопасную зону?
— Слава Богу. Всё прошло гладко, а если бы нет — план на случай любого неожиданного поворота был прописан заранее. Но скажу честно: в таких операциях многое зависит от везения, даже когда работают профессионалы.
— Изменит ли этот опыт эвакуацию раненых в Украине, учитывая опасность операции?
— Мы видим, что это было стратегическое решение, которое мы бы повторили. Изменит ли это всё? Быстро масштабировать это не получится. Сделать сотню таких дронов, на мой взгляд, несложно, тысячу — немного труднее. Но это не решение проблемы, поскольку дрон — лишь верхушка айсберга. За ним стоит сложная операция, включающая множество различных элементов, и исследовательские институты должны разработать надежную тактику, а не полагаться на интуицию. Дай Бог, чтобы это происходило время от времени и этого было достаточно. Система должна работать точечно, там, где это необходимо: зашли, выполнили задачу, вышли. Сами технические решения пока экспериментальные, их нужно совершенствовать — особенно систему крепления человека.
Реклама:
Фото: 92-я ОШБр
Фото: 92-я ОШБр
Теги: Эвакуация Вооруженные Силы Украины (ВСУ) Война России против Украины 92-я бригада Дроны
Реклама:
Источник

