29 октября, 11:02 
Читайте NV в Google
Проблема в том, что Запад готовится к вчерашней войне
«Мы справимся» — после этих слов Верховного главнокомандующего Объединенными вооруженными силами НАТО в Европе генерала Алексуса Гринкевича часть зала с облегчением выдохнула. Я же и многие другие участники напряглись: без победы Украины этот план не сдержит Россию и не предотвратит большую войну в Европе.
Реклама
Пока на Варшавском форуме по безопасности обсуждали российские атаки на страны ЕС и способы предотвращения большой войны, в Киеве продолжался очередной российский террор. 12 октября на этом форуме Гринкевич впервые публично представил «теорию победы» Альянса.
Концепция, согласованная всеми 32 союзниками, формально учитывает уроки современных войн, в том числе опыт Украины. Согласно плану Гринкевича, в случае нападения на страну НАТО Альянс должен действовать по принципу «block, blunt, break» (блокировать, ослабить, сломить): остановить атаку в точке вторжения, не дать ей развиться и, при необходимости, лишить противника — то есть Россию — способности вести войну. Замысел предполагает остановку вторжения на самом начальном этапе, а в случае продолжения агрессии со стороны Кремля — лишение противника возможности поддерживать свои силы.
В то же время есть нюанс, который сразу же охлаждает оптимизм: сам Гринкевич подчеркивает, что план не предусматривает нанесения врагу стратегического поражения. Цель более скромная — остановить атаку и не дать противнику захватить или удержать оккупированную территорию.
Именно в этой логике и кроется проблема. Без поражения России и победы Украины такая концепция не пугает Кремль, а, наоборот, задает ему понятные правила игры. Конечно, цель Альянса — предотвращать агрессию и сдерживать ее. Однако десятилетия показывают, что теория сдерживания России лишь подогревает ее аппетиты.
План не предусматривает нанесения врагу стратегического поражения
На саммите в Бухаресте в 2008 году Украине гарантировали членство в НАТО, однако из-за позиции Франции и Германии, не желавших «провоцировать Путина» расширением альянса, ей отказали в важном шаге — присоединении к Плану действий по членству. Этому отказу предшествовала знаменитая мюнхенская речь Путина 2007 года, в которой он фактически объявил войну Западу. Решение бухарестского саммита и страх перед Путиным лишь предоставили российскому диктатору неформальное право вето на вступление других стран в НАТО и развязали ему руки для нападения сначала на Грузию, а впоследствии и на Украину.
Реклама:
Вместо того чтобы действовать на опережение, нынешняя архитектура безопасности сосредоточена преимущественно на реактивном подходе, затрагивающем большинство сфер: от военной и санкционной до технологической и энергетической. Ярким примером служит реакция на нарушение Россией европейских границ. С 2022 года, по разным оценкам, в воздушном пространстве европейских стран было зафиксировано около двухсот российских дронов, осуществлявших наблюдение за объектами критической инфраструктуры и военными базами, а в мае ударный беспилотник Герань-2 попал в многоэтажный дом в Румынии.
Читайте также:
Том Купер Драпатый превращает ВСУ в НАТО? Нет, он пошел дальше
Регулярные инциденты с дронами побудили ЕС запустить Европейскую инициативу по противодействию беспилотникам (EDDI) — так называемую «стену против дронов» (drone wall), — с расчетом на достижение начальной оперативной готовности к концу 2026 года и полный запуск в 2027 году. Однако эта система создается как ответ на вызовы вчерашнего дня: сейчас она сталкивается с трудностями из-за бюрократии, несовместимости национальных систем и разрыва между финансированием и возможностями обнаружения.
Тем временем Россия действует на опережение и в больших масштабах: в августе она развернула сеть секретных баз недалеко от украинской границы и в Крыму, оснастив их новыми площадками для дальнобойных БпЛА и адаптированными средствами РЭБ. В результате к концу 2026 года система EDDI может столкнуться уже с реактивными дронами и средствами РЭБ, для противодействия которым она не проектировалась.
Запоздалую реакцию вместо превентивных мер демонстрирует и санкционная, и экономическая политика Европы. Вместо нанесения упреждающих ударов по финансовой базе Кремля санкции зачастую размываются компромиссами, а их согласование затягивается на месяцы. Показательным решением стало недавнее исключение российских олигархов Усманова и Фридмана из санкционных списков ЕС. Когда в разгар войны России против Украины приближенных к Путину олигархов выводят из-под действия ограничений, это демонстрирует Кремлю слабость ЕС и подталкивает его к новым провокациям и актам агрессии.
Реклама:
Та же ситуация и в энергетике. Хотя полный запрет на импорт российского газа вступит в силу лишь в 2027 году, отдельные европейские страны по-прежнему зависят от российского газа. В первом квартале 2026 года импорт российского сжиженного газа в ЕС достиг максимума для первого квартала с момента полномасштабного вторжения; больше всего его закупали Франция, Испания и Бельгия.
Читайте также:
Виктор Шлинчак Путин раскрывает карты
Зависимость Европы от газа служит для Москвы источником доходов, которые она направляет на войну, в том числе на производство дронов, атакующих Европу.
Кроме того, уязвимость Европы не ограничивается лишь Россией. Будущим вызовом для экономической безопасности ЕС может стать Китай, который с каждым годом лишь наращивает свое присутствие на европейском рынке. По данным китайской таможни, за первые восемь месяцев 2026 года экспорт Китая в ЕС вырос на 15,3%, а почти каждый десятый автомобиль на европейском рынке — китайского производства. Наряду с автомобилями ЕС импортирует из Китая и другие транспортные средства, телефоны, компьютеры и сопутствующую технику, а также промышленные товары — ядерные реакторы, котлы и т. д.
Все эти товары оснащены китайским программным обеспечением, которое собирает данные и может впоследствии использоваться, например, в разведывательных целях. Таким образом, вместе с гаджетами и оборудованием Европа приобретает скрытые угрозы собственной безопасности и рискует попасть в такую же ловушку зависимости, как и в случае с Россией.
Эта «слепая зона» в сфере безопасности касается когнитивной войны. Параллельно с атаками беспилотников Кремль организует в Европе поджоги, кибератаки и масштабные волны дезинформации, тогда как сама Европа реагирует на них с опозданием. Специальный санкционный режим в связи с гибридными угрозами ЕС ввел лишь в октябре 2024 года, и имена в него вносятся уже постфактум. В последний раз в этот список включили бывшую главу Russia Today France Ксению Федорову.
Реклама:
Пока Европа реагирует на прошлые атаки, Россия готовит почву для новых. Еще в августе Отдел защиты основных свобод прокуратуры Парижа «по собственной инициативе» начал расследование в связи с подозрениями во вмешательстве России, направленном против кандидатов в президенты Франции Эдуара Филиппа и Габриэля Атталя. Примечательно, что эта реакция стала самостоятельной инициативой французских правоохранительных органов, а не результатом работы общеевропейской системы противодействия.
Читайте также:
Валерий Пекар Семь признаков конца старого мира. Кто напишет правила нового?
Зато там, где ответ жесткий и упреждающий — как в Украине, — есть результат. В личных беседах участники форума, в частности поляки, признавали, что после удара Украины по дата-центру Яндекса у них стало меньше пророссийских страниц.
Разные сферы, один вывод: большинство решений Европы принимается в ответ, а не превентивно. Пакет санкций — после новой агрессии, инициатива по дронам — после удара по территории НАТО, отказ от российского газа — после многих лет зависимости и нападения. Ни одно из этих решений не является упреждающим шагом по отношению к агрессору, а «теория победы», которая начинает работать лишь после первого выстрела и не ставит целью поражение агрессора, закрепляет этот порядок.
Однако даже реакция после первого удара не гарантирована, ведь реализация «теории победы» зависит от политической воли Вашингтона. Еще в апреле этого года Дональд Трамп заявил, что серьезно рассматривает возможность выхода США из НАТО. Хотя с 2023 года в США действует закон, прямо запрещающий президенту выходить из НАТО без согласия двух третей Сената или специального акта Конгресса, какова вероятность того, что в случае нападения РФ на страну НАТО Трамп предпочтет торговлю с Москвой и не позволит армии защитить союзника?
Реклама:
Европа должна рассчитывать только на себя. Лучший выход — масштабные оборонные проекты совместно с Украиной, которые позволят наращивать производство оружия с учетом постоянной адаптации противника и реальной ситуации на поле боя.
Во время форума я не раз повторяла партнерам простую истину: учиться у Украины — это хорошо, но перенимать опыт, не признавая Украину равноправным партнером и не встраивая ее в собственную экосистему безопасности, — это путь к поражению.
Поэтому фраза «Мы справимся» должна была бы звучать иначе: «Мы справимся при условии, что Украина — внутри системы, а не за ее пределами».
Специально для NV
Теги: НАТО Безопасность в Европе Война России против Украины третья мировая война
Реклама:
Источник
